Я поднял его, вынул обойму и изо всех сил, как гранату, запустил в ветровое стекло вражьей тачки. Стекло звякнуло и осыпалось – частью в салон, частью на капот.

Мелькнуло бледное лицо водителя, машина дала задний ход (с ревом двигателя и визгом шин) и исчезла.

– Пойдем, – сказал Анчар, приближаясь ко мне, чуть прихрамывая. – Все купил, все самое свежее.

– Когда же ты успел? – подозрительно спросил я, не убирая пистолет.

Он открыто улыбнулся на мою неправильную догадку:

– Я долго не умею. Одну корзинку отдал. С деньгами. Другую взял. С фруктами. Пойдем, скоро милиция приедет.

– Подожди, сейчас он встанет, и я его кое о чем спрошу.

– Нет, – Анчар покачал головой. – Долго ждать. Сегодня не встанет.

Пожалуй, он прав.

И мы пошли к своей машине, провожаемые восхищенными восклицаниями и восторженным цоканьем со значительным покачиванием головой.

– Эти люди, – сказал Анчар, укладывая корзину за сиденье, – они много хотят от тебя?

– Откуда я знаю? – возмутился я и подумал: нет, архар наивный, они не от меня многого хотят, совсем нет. Они по твоему следу пришли, стало быть.

– Не говори никому, что случилось, – посоветовал Анчар. – Только мы с тобой знаем. Правильно сказал? Так, да?

За перевалом Анчар сменил меня за рулем. Лучше бы он этого не делал. Однажды я уже ехал с грузинским ментом по городу – первая седая прядь в бедовой голове Серого…

– Останови, – сказал я. – Ну тебя к черту. Погибай один. С меня на сегодня хватит.

Анчар, удивленный, повернул ко мне голову, уставился вопрошающим взглядом. Машина, естественно, устремилась к пропасти.

– На дорогу смотри! – рявкнул я.

– Я ее знаю, – он выпустил руль и недоуменно развел руки. – Как свой дом. Правда, его у меня нет. – Он все еще смотрел на меня.

– Оно и видно.